Базель-3: реальные реформы или очередные банковские имитации?
Похоже, что, пока банки всего мира будут ориентироваться на получение максимальных прибылей, продуцируя правдами и неправдами всякого рода финансовые "пузыри", и лишь "в остатке" заниматься кредитованием реальных секторов экономики (что должно бы рассматриваться как их главная задача), банковские реформы - кем бы и во имя каких целей они ни предпринимались - во многом будут имитационными, решающими частные задачи, направленные на удовлетворение групповых, а не сбалансированных общенациональных и общемировых интересов.
В этом контексте не составляет исключения и предпринятая в 2010-м и стартующая с 2012 года нынешняя международная банковская реформа Базель-3*(1).
Что по существу представляет собой эта реформа, что и в каких масштабах она на самом деле преобразует в банковском деле и в каком объеме по-прежнему оставляет без всяких изменений?
Беспрецедентные задачи и беспрецедентные расходы
Базель-3 значительно повлияет на изменение параметров европейского банковского сектора. Если основываться на балансовых отчетах за второй квартал 2010 года, европейским банкам, чтобы справиться с новыми требованиями, к 2019-му потребуется привлечь дополнительно около 1,1 триллиона евро капитала первого уровня, на 1,3 триллиона евро нарастить ресурсы краткосрочной ликвидности и примерно на 2,3 триллиона евро - долгосрочной ликвидности. Беспрецедентные задачи, которые банковская практика Европы еще не знала.
Давление на американские банки по массе будет меньшим, но похожим, хотя причины воздействия несколько иные. Оценка дефицита капитала первого уровня составит $800 миллиардов (600 миллиардов евро), разрыв в краткосрочной ликвидности - $758 миллиардов (570 миллиардов евро), а разрыв в долгосрочном финансировании $2,9 триллиона (2,2 триллиона евро) при курсе $1,33 за евро.
Потребность в дополнительном капитале доходит до 60% от стоимости всего европейского и американского капитала первого уровня, а разрыв ликвидности составляет примерно 50% стоимости всех краткосрочных ликвидных активов.
При 50-процентном коэффициенте нераспределенной прибыли и номинальном годовом приросте баланса в период до 2019 года в 3% ожидается, что общие объемы капитала первого уровня в Европе возрастут примерно до 1,2 триллиона евро, потребности в активах, необходимых для обеспечения краткосрочной ликвидности, до 1,7 триллиона евро, а нужда в финансировании долгосрочной ликвидности - до 3,4 триллиона евро.
Надо полагать, что именно в таких размерах следует, по-видимому, ожидать удорожания банковских услуг, особенно услуг крупных банков. Ожидается, что при прочих равных условиях Базель-3 приведет к сокращению рентабельности капитала (return on equity) для среднего банка примерно на 4 процентных пункта в Европе и на 3 - в США.
Розничный, корпоративный и инвестиционный банковские сегменты почувствуют эти влияния каждый по-своему. Розничные банки, со своим рутинным бизнесом, очевидно, будут затронуты в наименьшей мере, хотя банковские учреждения с очень низкими коэффициентами достаточности капитала могут испытывать значительное давление, а часть из них под этим давлением исчезнет с рынка.
Корпоративные банки будут испытывать трудности в основном при финансировании специализированных кредитных и торговых операций.
Инвестиционные банки испытают сильное влияние в ключевых областях своего бизнеса, а именно фондовых операциях и секьюритизации (хеджировании) бизнеса. Большинство банков с существенными долями на рынке капитала и портфельных инвестиций, скорее всего, столкнутся с серьезными проблемами и вынуждены будут едва ли не коренным образом пересматривать свои бизнес-модели в ближайшие несколько лет.
Банки уже пытаются управлять прибыльностью капитала путем сокращения издержек и корректировки кредитных ставок, цен на банковские услуги и размеров комиссионного вознаграждения.
В Базеле-3 есть, однако, ряд дополнительных мероприятий как общего, так и конкретного плана, которые банкам следует учесть.
Все банки, независимо от рода деятельности и размера капитала, должны будут считаться с наступлением ряда объективных причин и принимать комплекс действенных мер, которые должны обеспечить:
- сокращение неэффективного капитала и увеличение ликвидности, исходя из субоптимальных реализаций новых правил;
- реструктуризацию бухгалтерских балансов для улучшения качества капитала и сокращение потребности в избыточном капитале, обеспечивающую эффективное управление ограниченными ресурсами; корректировку бизнес-моделей для создания гибких и оперативных структур с эффективным капиталом, высокой ликвидностью и конкурентными банковскими продуктами, пересмотр масштабов и даже сроков жизни конкретных бизнес-отраслей.
По нашим оценкам, первые две позиции могли бы на все 40% смягчить отрицательное воздействие новых требований Базель-3 на рост прибыльности капиталов за счет усиления факторов конкурентной борьбы, формируемых этими правилами (со значительными вариантами для отдельных банков). Однако в целом маловероятно, что банки смогут полностью нейтрализовать отрицательные эффекты и компенсировать воздействие Базеля-3 на свою прибыльность в таких серьезных масштабах.
Несмотря на длительный переходный период, предусматриваемый Базелем-3, согласование новых правил и переход на новую отчетность должны быть в основном завершены до конца 2012 года.
Расходы для средних банков на реализацию требований Базеля-3, судя по имеющимся оценкам, возрастут на 30%, что (в придачу к 50% уже понесенных расходов в связи с удовлетворением требований Базеля-2) составляет весьма серьезную величину, которая ранее в мировой банковской практике не встречалась.
Наконец, реализация новых правил потребует существенного пересмотра стратегии банковского планирования, в частности стратегии управления банковскими капиталами и рисками, которые согласно новым правилам должны понижаться.
Для чего?
Как в целом изменится банковский мир в результате этих преобразований? Уже отмечалось, что за счет базельских новаций ожидается существенное снижение объемов собственного капитала банков (до 2019 года в целом на 60%), в том числе в Европе на 1,1 евро, в США на 0,6 триллиона евро. В целом (в Европе и США, взятых вместе) на 1,9 триллиона евро сократятся показатели краткосрочной и на 4,5 триллиона евро - долгосрочной ликвидности (в том числе в Европе на 1,3 и 2,3 триллиона евро соответственно). На фоне ожидаемого прироста мировой экономики (по разным оценкам, на 21-25%) - весьма существенно. На рис. 1 *(2) эти изменения представлены в наглядной форме. Обслужить растущую экономику с сокращающимися объемами активов - такого ни Европа, ни Америка еще не знали! Характерно, что в динамике, как показывают данные рис. 2, в общем банковском капитале Европы (1,1 триллиона евро) доля текущих активов будет понижаться, а доля будущих эффективных и качественных активов расти.
"Рис. 1. Дефицит капитала и ликвидности, статическая перспектива, 2019, млрд. евро"
"Рис. 2. Дефицит капитала в Европе, 2019, млрд. евро"
Как изменится стоимость и структура отдельных видов банковского бизнеса, в частности коммерческих, корпоративных и инвестиционных банков? Данные об этом по 16 отдельным видам банковских активов в целом и раздельно по первоначальной, остаточной и капитализированной стоимости приведены на рис. 3.
Очевидно, что, пока большой бизнес не перестроится, европейский банковский сектор должен будет покрывать от 1,5 до 4% прибыльности его капитала. Почему и как это будет происходить - иллюстрируют данные, приведенные на рис. 4.
Чтобы уменьшить эти потери, европейские банки будут предпринимать меры по снижению уровней различных рисков и оптимизации моделей управления, следуя матрице взаимодействий, представленной на рис. 5.
При этом основное внимание будет уделяться совершенствованию пятигранной стратегии комплексной оценки ключевых параметров современного бизнеса: развитой линейки банковских продуктов, диверсификации клиентской базы, управления рисками, расширения географии и изменения издержек и стоимости банковских услуг и продуктов. Произойдут существенные изменения в спросе и предложении банковских капиталов, сдвиги в их структуре, переоценка инвестиционных рисков в стандартах финансового учета и отчетности, будут созданы новые финансовые структуры, повышена их рентабельность.
До внедрения основных положений Базеля-3 современные банки (по шагам) должны решить целые комплексы текущих вопросов, связанных с коренным совершенствованием структуры, повышением качества и снижением рисков банковских инвестиций, улучшением качества банковских заимствований и качества ликвидных активов, повышением требований к банковскому персоналу (особенно к кадрам банковского актуариата и риск-менеджмента).
Особо рассматриваются возрастающие требования к IT-рискам и надежности работы и защиты компьютерных банковских систем. Всего регуляторы европейских банковских систем до 2019 года должны внедрить более 250 новых контрольных и надзорных мероприятий, в том числе две трети - в 2011-2014 годах.
Какова цена?
Известно, что всякие реформы требуют жертв. Какова цена Базеля-3? Аналитические оценки (их восемь), опубликованные разработчиками Базеля-3, определяют цену вопроса для европейского банка среднего размера в 45-70 миллионов евро, что по сравнению с предельными капитализированными оценками, определяемыми с учетом сложных процентов и рисков, в три раза меньше.
Основные расходы планируются на разработку и внедрение методов изучения рисков, включая IT-риски, и лишь немногим более 20% - на разработку и реализацию конкретных мероприятий по внедрению новых правил улучшенного контроля за качеством формирования и эффективного использования банковского капитала.
Разработчики Базеля-3, как видим, оценивают свою работу как высокоэффективную. Окажутся ли столь эффективными предложенные ими перемены?
Дать ответ на этот принципиальный вопрос сегодня никто не может. Разработчики проекта от этого вопроса тоже уклонились. Отсюда необходимость дальнейшего исследования темы. Последствия внедрения Базеля-3 должны оцениваться не только в целом, но и по отдельно взятым странам, в том числе и прежде всего для России.
Какой общий вывод можно сделать на основе приведенных данных? Реформа Базеля-3, и как предыдущие две скорее имитирует адекватность вызовам злобы дня, в частности вызовам текущего кризиса, но вместе с тем реально отвечает на фактические требования упорядочения и ужесточения ряда форм и методов банковского контроля и регулирования, без чего сама современная финансовая система может рухнуть.
"Рис. 3. Банковские продукты"
Вопросы и ответы
Что и как в действительности упорядочивает и ужесточает реформа? И в каком соотношении находится к тому, что имеет место, предпринято и предпринимается в области совершенствования банковской (и шире финансовой) деятельности в России?
Вот краткие ответы на поставленные вопросы.
- Реформа ужесточает требования к наполнению банковского капитала качественными активами (в категориях Базеля-3 - требования к капиталу первого уровня, в нашей терминологии - к базовому капиталу), в состав которого впредь можно будет включать только реально котируемые обыкновенные акции и нераспределенную прибыль. И ни при каких обстоятельствах (конечно, за исключением случаев не поддающихся контролю сокрытия данных, злоупотребления доверием или подлогов) - фиктивные активы, что раньше в широких масштабах допускалось и манипулятивно признавалось банковским сообществом (особенно в среде инвестиционных банков) не только в США, но и в Европе.
- Реформа ужесточила требования к формированию минимального объема базового капитала (капитала первого уровня), доля которого в общем объеме минимально необходимых банкам активов вместо нынешних 4,5% (с учетом 2,5% буферного капитала) должна быть доведена до 7%, а с учетом формирования дополнительного страхового капитала в размере 1,5% - до 8,5%.
- Реформа вводит повышенные требования к страхованию банковского капитала, страховые суммы которого теперь будут определяться на основе ожидаемых, а не фиктивных его оценок.
- Наконец, повышено минимальное значение активов, необходимых для обеспечения краткосрочной (до 30 дней) и долгосрочной (до одного года) ликвидности. В связи с этим Базель-3 ужесточает требование к обеспечению достаточности банковского капитала, определяемой как отношение наличного капитала к совокупным активам банка (за вычетом резервов и обеспечения), уровень которой с учетом других нововведений достигнет 10,5% (до этого по максимуму он составлял 8%).
"Рис. 4. Рентабельность капитала (ROE)"
Введение этих новаций будет происходить поэтапно, с 2012 по 2019 год, что, по-видимому, повысит шансы их уверенной реализации.
Конечно, эти и другие изменения станут работать и принесут пользу, если будут реальными, а не формальными. А это станет возможным, если предложенные правила жестко исключат прежние манипуляции с фиктивными капиталами и "дутыми" нормативами, которые во многих случаях как раз и стали главным источником кризисов многих банков, а вслед за этим и мирового финансового кризиса.
Понятно, что принятые решения потребуют существенной корректировки моделей самого банковского бизнеса. Это, скорее всего, приведет к его удорожанию и вызовет неудовольствие деловых кругов, которые вместо ожидаемого увеличения объемов кредитования и снижения процентных ставок получат их сокращение и повышение стоимости кредитов, что, естественно, замедлит темпы экономического роста.
Значит, без введения каких-либо других компенсационных механизмов еще одна реформа для реальной экономики имеет реальные шансы из блага превратиться в очередной ее тормоз.
Есть и альтернативные мнения
Однако есть и альтернативные мнения.
Многие эксперты полагают, что новые правила работы банковских институтов приведут к значительным изменениям финансовой системы и, как следствие, изменению не только сферы, но и качества деятельности некоторых банков. Приведем прямые цитаты. "Новые правила вынудят банки обратиться к более простым схемам бизнеса, к базовым операциям. От этого могут выиграть банки, которые изначально занимались простыми банковскими операциями", - считает Артуро Брис, профессор International Institute for Management Development, Лозанна. А директор Федерального резервного банка Нью-Йорка Уильям Дадли считает, что "требования к достаточности капитала первого уровня могут дать банкам сильный стимул для изменения их бизнес-моделей. Подразумевается, что изменение бизнес-моделей должно стимулировать банки усилить дисциплину в сфере торговли внебиржевыми деривативами, в частности стандартизировать их торговлю и осуществлять такую торговлю через централизованные структуры".
Исследования, проведенные JP Morgan Chase, показывают, что принятие новых критериев оценки рисков вполне может создать предпосылки для отказа ряда инвестиционных банков от эмиссии долговых облигаций. А это означает, что им придется дополнительно увеличивать собственный капитал либо привлекать дополнительный капитал на стороне (leverage) - чтобы повысить свои коэффициенты достаточности.
К слову, британский банк Standard Chartered в 2010 году провел такую эмиссию на сумму $5,2 миллиарда и остался весьма доволен.
Рис. 5. Матрица взаимодействий
Улучшить модели риска
Улучшить качество данных
Улучшить процессы управления рисками
Оптимизировать учетную политику
Кредитные риски
Банковский портфель
Продолжение программ Базеля II по оптимизации взвешенных с учетом рисков активов
Объединение обеспечительных политик и других политик по рискам
Инвестиционный портфель
- Внедрение: Внутренняя модель риска сторон
- Центральные стороны
Качество данных для оптимизации и управления корректировок
Улучшение системы отчетности (информационной системы управления) и процессов увеличения внутренней управляемости и снижения издержек
Рыночные риски
Инвестиционный портфель
- Оптимизация рыночных моделей риска:
- Возрастающая нагрузка по рискам
- Использование исторических рядов для оценки риска и расчета нагрузки для оценки риска
- Правильная сегментация для продуктов в инвестиционном портфеле
Секьюритизация
Банковский портфель
Оптимизация внутренних секьюритизационных моделей
- Улучшение внешних рейтинговых источников
- Обеспечение всестороннего хеджирования, например, через уникальные идентификаторы
Внедрение предварительных расчетов процессов контроля данных
Инвестиционный портфель
Внедрение внутренней всесторонней модели измерения риска (против стандартного метода оценки рыночного риска)
- Оптимизация торговых и инвестиционных стратегий
- Соответствующее формирование инвестиционного портфеля против банковского портфеля
А как в России?
Как же обстоит на этом фоне положение дел в России? По предварительным оценкам ЦБ РФ, планка достаточности капитала первого уровня в России в 2010 году находилась на отметке 12,4 против 6%, требуемых Базелем-3. При этом более 90% российских банков якобы уже сегодня удовлетворяют всем усложненным требованиям Базеля-3.
Внешних положительных факторов для такого заключения здесь два. Первый - существующая в России относительно жесткая практика формирования и регулирования нормативов общей достаточности капитала (в зависимости от размеров банков их уровень в 1,25-1,4 раза выше установленного Базелем-3). С учетом оптимизации и управления корректировок установленных Банком России дополнительных требований и закона о страховании частных банковских вкладов на деле это даже больше, чем нужно.
Второй фактор - в России из-за слабости и неразвитости рынка гибридных финансовых инструментов, в частности субординированных кредитов, легко конвертируемых в акции, требуемый капитал первого уровня, казалось бы, более однороден, чем в западных банках.
Однако, когда процесс перехода к Базелю-3 начнется реально, соответствие банковских капиталов требуемым параметрам в России будет, по-видимому, снижаться. Но главное, будет меняться качество самого банковского бизнеса, а вслед за ним и качество его капитала. Практика выхода российских банков из кризиса 2008-2010 годов наглядно все это подтвердила. Чтобы остаться на плаву, России будет необходимо вводить международные правила регулирования банковского капитала в более жестком формате, чем прописано в Базеле-3 и на деле имеет место сегодня.
Особо ценно, что такую позицию занимают не только трезво мыслящие специалисты, но и нынешние руководители Банка России, в частности Алексей Улюкаев.
Что касается перспектив внедрения Базеля-3 в практику работы российских регуляторов банковской системы, то, по словам официальных лиц из Банка России, около 90% российских банков по капиталу первого уровня априори соответствуют этим требованиям. Тем не менее нашим банкам предлагается рассчитывать потребности в капитале и ликвидности в соответствии с новыми требованиями Базеля-3, что, впрочем, по мнению участников рынка, на старте не потребует существенных мер по капитализации и рекапитализации.
Как считают эксперты, такое относительно безболезненное положение дел связано с ранее принятыми Банком России достаточно жесткими требованиями по обеспечению уровня достаточности и ликвидности капиталов банков, в особенности активов банков, участвующих в системе страхования вкладов (сейчас он составляет 18%).
На фоне изложенных оценок положение российских банков в сравнении с новыми базельскими правилами в обобщенном виде можно представить следующим образом.
- Базель-3 применяет к банкам правила формирования резервов на возможные ожидаемые потери, а не понесенные потери. Банк России, требуя каждый раз предъявления оценок финансового положения заемщика, эти правила уже давно реализует.
- Базель-3 требует формирования минимального показателя ликвидности, позволяющего оценивать краткосрочную (в течение 30 дней) и долгосрочную (в течение года) дееспособность банков. Эти требования регулятора в виде нормативов ликвидности НЗ (текущей ликвидности) и Н4 (долгосрочной ликвидности) существуют едва ли не с момента основания банковского дела в России.
- Базель-3 требует оценки достаточности капитала, определяемой как отношение собственного капитала к совокупным активам (за вычетом резервов и без учета обеспечения). Но на самом деле и это требование российские банки уже давно практикуют в своей повседневной деятельности.
- Базель-3, как отмечалось, ужесточает требования к качественному составу капитала первого уровня, который могут формировать только обыкновенные акции и нераспределенная прибыль. Формально и здесь, в России, все в порядке. А раз так, спрашивается, почему же тогда в России с банками дела обстоят далеко не благополучно? В частности, почему же они до сих пор кредитуют сами себя, живут на государственной кредитной "игле" (в 2008-2010 годах государственные вливания превысили 6 триллионов рублей, или около 20% ВВП) и практически вовсе не кредитуют реальный сектор экономики?
Ответ такой: формально с новыми базельскими правилами у нас все в порядке, реально - нет, принципы Базеля (и не только третьего, но и двух предыдущих) у нас, скорее всего, придется внедрять заново. В особенности если мы умудримся в ближайшее время вступить в ВТО и реально перейти на стандарты МСФО.
Первопричина здесь одна: сомнительная прозрачность наших банков и номинируемых ими нормативов (особенно крупных банков), низкий уровень их аудита и, как следствие, общие нулевые рейтинги на мировых фондовых и валютных рынках.
Понятно, что в пересчете на одинаковый уровень прозрачности российские нормативы банковской деятельности должны расцениваться по крайней мере как кратно завышенные. Очевидно, что с внедрением в России правил Базеля-3 внешне благополучные нормативы банковской деятельности начнут "таять" и на самом деле потребуют серьезного пересмотра.
В заключение приходится с сожалением констатировать, что нынешняя наша банковская практика к такой постановке вопроса в целом не готова. А это означает, что впереди предстоят серьезные ее преобразования, без которых полноценного выхода из текущего кризиса нам не видать.
В. Симчера,
заслуженный деятель науки
РФ, д.э.н., профессор
В. Кургузов,
ЮниКредит Банк,
Москва, к.э.н.
"БДМ. Банки и деловой мир", N 3, март 2011 г.
ДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДД
*(1) Полное название документа и составляющих его частей можно найти на сайте Банка международных расчетов (BIS) http://www.bis.org/list/basel/page_1.htm.
*(2) Источник данного и последующих рисунков: Обзор Basel III and European Banking: Its Impact, How Banks Might Respond, and the Challenges of Implementation. EMEA Banking, McKinsey & Company, November 2010.