Влияние институциональных инвесторов на корпоративное управление
Институционализация инвестиционного процесса, где профессиональный рынок инвесторов управляет частными накоплениями, является мировой тенденцией [1]. Последние реформы корпоративного управления, мотивированные мировым финансовым кризисом, более подчеркнули роль институциональных инвесторов. Влияние институциональных инвесторов характеризуется в зависимости от количества принадлежащих им голосов и акций компании, степени независимости от финансовых и кредитных институтов, информации об активах компании и от уровня ответственности институциональных инвесторов [2, s. 75 ff.].
Институциональные инвесторы передают компании значительные финансовые ресурсы, привлеченные ими от частных лиц [3], и становятся ее акционерами. Предполагается, что активность институциональных инвесторов в управлении компанией ведет к положительным результатам, например, максимизации доходов, уменьшении кризисных ситуаций в корпоративном управлении.
Будучи собственниками акций, институциональные инвесторы все больше требуют прав в корпоративном управлении. Индивидуальные инвесторы обычно не стремятся пользоваться своими правами по участию в управлении компанией, однако их не может не волновать, обеспечиваются ли равные возможности со стороны контролирующих акционеров и их менеджеров. Как отмечено в Принципах корпоративного управления Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), "отчасти эти отношения регулируются законами и подзаконными актами, а отчасти - добровольным приспособлением к меняющимся условиям и рыночным механизмам" [4].
Правовые основы деятельности институциональных инвесторов
Правовое регулирование деятельности институциональных инвесторов осуществляется в России преимущественно подзаконными актами Российской Федерации*(1). Понятие "институциональный инвестор" используется в законодательстве, регулирующем отношения в сфере пенсионных накоплений, ипотечной системы, страхования вкладов*(2). Правительство РФ указывает на открытый перечень организаций, осуществляющих деятельность в форме институциональных инвесторов*(3). Центральный банк РФ, напротив, указывает закрытый перечень институциональных инвесторов, относя к ним страховые компании, паевые инвестиционные и негосударственные пенсионные фонды [5].
В федеральных законах "Об инвестиционных фондах" (ст. 4.1) и "О рынке ценных бумаг" (ст. 51.2) содержится понятие "квалифицированный инвестор". Институциональные инвесторы всегда являются квалифицированными и профессиональными участниками финансового рынка. Помимо законодательного определения понятия "институциональный инвестор", данный термин используется арбитражными судами в делах, участниками которых являются страховые общества либо инвестиционные фонды*(4).
Несмотря на то что деятельность каждого отдельного институционального инвестора регулируется отдельным федеральным законом в данной области правоотношений (пенсионной, банковской, страховой, инвестиционной), необходимо преодолеть неоднородность норм, регулирующих деятельность инвестиционных институтов различных форм. Необходимо уделить большее внимание вопросам раскрытия информации, необходимой инвесторам для оценки рисков, связанных с инвестированием и принятием решений, мерам обеспечения интересов акционеров и пайщиков со стороны управляющей компании при осуществлении инвестиционной деятельности, влиянием акционерных и паевых инвестиционных фондов на корпоративное управление, повышению роли негосударственных пенсионных фондов.
Применение единых принципов инвестирования институциональными инвесторами создаст основу для расширения и распространения других форм коллективного инвестирования и их институционализации.
Понятие и характеристика институциональных инвесторов
Единообразное определение понятия "институциональный инвестор" в литературе отсутствует. Так, американские специалисты подразумевают под ними пенсионные и инвестиционные фонды, англичане добавляют страховые компании, немецкие ученые - банки, а российские - инвестиционные компании.
Наравне с понятием "институциональный инвестор" существует понятие "профессиональный инвестор", в противоположность частному, небольшому инвестору. При этом инвесторы, которые владеют акциями других лиц, и инвесторы, чьи акции подчинены бенефициарному интересу третьих лиц, - абсолютно разные вещи.
Необходимо проводить разграничение между институциональными инвесторами и частными или индивидуальными инвесторам [2, s. 27] по нескольким причинам. Во-первых, институциональные инвесторы являются собственниками большего пакета акций, чем индивидуальные. Во-вторых, они используют право на голосование и систему представительства для защиты своих интересов чаще. Индивидуальные инвесторы не объединяют свои капиталы и производят инвестирование от своего имени и из собственных средств независимо друг от друга [6].
Выделяется три признака институционального инвестора:
это всегда юридическое лицо*(5), по этой причине важно понимать, что не сам паевой инвестиционный фонд является институциональным инвестором, а управляющая им компания (учредитель доверительного управления);
основа деятельности институционального инвестора - профессиональное управление активами в интересах своих клиентов;
институциональный инвестор всегда управляет значительным количеством финансовых средств [8, s. 393].
Можно согласиться с определением одного из специалистов, который под институциональным инвестором (Institutional investor) предлагает понимать юридическое лицо, выступающее в роли держателя денежных средств (в виде взносов, паев) и осуществляющее их вложение в ценные бумаги, недвижимое имущество (в том числе права на недвижимое имущество) с целью извлечения прибыли [9].
Кроме индивидуальных и институциональных инвесторов, по характеру инвестиций и способу формирования капитала в юридической литературе выделяются еще корпоративные инвесторы, которые занимаются в основном материальным инвестированием; кроме того, основная часть их инвестиций направляется на самофинансирование [6, с. 28]. В отличие от институциональных инвесторов, основной целью деятельности которых является привлечение средств других инвесторов и осуществление инвестиций, корпоративные инвесторы в качестве своей основной цели имеют осуществление производственной либо иной предпринимательской деятельности [6, с. 28].
Представляется, что инвестирование как процесс и способ формирования капитала может происходить либо индивидуально, либо коллективно. Для коллективных действий существует институциональный механизм инвестирования. Понятие "институциональные инвесторы" достаточно широкое. Оно описывает не просто коллективное владение капиталом, но включает корпоративных инвесторов, к которым относятся, например, банки и страховые компании.
Таким образом, следует подчеркнуть, что существует в основном два типа институциональных инвесторов: первый основан на трастовой структуре (пенсионный фонд*(6)) и второй на корпоративной структуре (инвестиционные компании).
В Германии к институциональным инвесторам относят частные страховые компании, пенсионные фонды, инвестиционные компании (Kapitalanlagegesellschaften), нефинансовые компании, фонды, публичные образования, банки [10]. Компании социального обеспечения, ассоциации и центральный банк не рассматриваются в качестве институциональных инвесторов [8, s. 393].
Схожий подход наблюдается и в отечественном праве. Однако отнесение к категории институциональных инвесторов благотворительных фондов, фондов общественных организаций и крупных социальных институтов представляется излишним. На наш взгляд, частные или индивидуальные инвесторы, публичные фонды и образования, союзы, профессиональные, потребительские и научные ассоциации, политические партии, все виды общественных объединений, в том числе благотворительные, являются инвесторами неинституциональными.
Участие институциональных инвесторов в корпоративном управлении
Активная роль институциональных инвесторов может стать одним из возможных вариантов решения проблем корпоративного управления. Если оправдание пассивности акционеров обусловлено небольшим размером их инвестиций, оно в наименьшей степени подходит для институциональных инвесторов, так как размер их инвестиций в компанию значителен. Несмотря на процент акций, принадлежащих институциональным инвесторам, на практике, большинство институциональных акционеров принимает пассивное отношение в корпоративном управлении [11].
Основная цель корпоративного управления состоит в максимизации доходов акционеров.
Институциональные инвесторы обладают двумя вариантами повышения или сохранения стоимости их акций:
возможность продать их и изменить направление инвестирования в сторону компании с более высоким ожидаемым доходом от акций, или
возможность напрямую влиять на менеджмент компании посредством участия в корпоративном управлении [2, 12].
Активность акционеров проявляется в участии в общих собраниях, переговорах между институциональными инвесторами и менеджерами. Было отмечено, что улучшения в получении доходов от инвестиций могут быть достигнуты только путем активности акционеров (shareholder activism) [13]. Существуют противоположные мнения о взаимосвязи активности акционеров с результатами деятельности компании [14].
Позитивная роль институциональных инвесторов в корпоративном управлении обусловлена их независимостью и должна подкрепляться возложением на таких инвесторов обязанности принимать участие в голосовании. Однако в США требование о голосовании по акциям на практике стало неисполнимым*(7). В некоторых европейских странах, в частности в Англии, существует рекомендация, но не обязанность реализации права голоса*(8). Во Франции такая обязанность не имплементирована до сих пор, а ее исполнение порождает проблемы*(9). В Германии существование обязанности по голосованию является спорным вопросом [15]. Для большинства же стран участие в голосовании является больше правом акционера или участника, но не его обязанностью.
Институциональные инвесторы в аутсайдерской и инсайдерской моделях
Различия между аутсайдерской и инсайдерской моделями отчетливо видны при рассмотрении особенностей структуры контроля и собственности [16].
Англо-саксонская аутсайдерская модель управления основана на фрагментарной (распыленной) собственности акционеров, независимости инвесторов и менеджмента. Финансирование корпорации осуществляется в основном не за счет банковского кредитования, а путем привлечения средств индивидуальных и институциональных инвесторов (более подробно об этом см.: [17-20]). Акционерный капитал распылен между независимыми индивидуальными и институциональными инвесторами, не связанными с корпорацией отношениями, помимо так называемых отношений участия. В основе англо-американской модели лежит представление об изначально конфликтной сущности интересов акционеров и менеджеров.
Общие черты правового регулирования участия институциональных инвесторов в корпорациях в Великобритании и США состоят в том, что правопорядки указанных стран в качестве условий участия институциональных инвесторов называют следующие:
существование хорошо развитого фондового рынка;
возможность распыленной собственности акционеров [21];
важность роли институциональных инвесторов, которые предпочитают свободную продажу своих акций ("exit Option") [22].
В то же время в Великобритании, например, право преимущественного приобретения акций может ограничиваться согласием институциональных инвесторов из-за опасности дробления капитала.
В данной модели наиболее детально разработаны правила обеспечения инвесторов наиболее полной информацией и создания сравнительно равного положения инвесторов в части доступа к ней, делается акцент на защите миноритарных акционеров [23, с. 100-106].
В частности, Объединенный кодекс корпоративного управления Великобритании 2008 года установил основные принципы взаимоотношений институциональных акционеров и компаний, направленные на соблюдение взаимных договоренностей. Кодекс включает некоторые рекомендации в части регулирования отношений с институциональными инвесторами, к числу которых относятся: ежегодное переизбрание председателя или всего совета директоров, новые принципы реализации функций независимого директора*(10).
При инсайдерской модели корпоративный контроль становится следствием концентрации капитала либо у одного инвестора [25], либо у определенной группы лиц. Инсайдерская модель предполагает увеличение доли участия в капитале компании, посредством которой достигается внутренний корпоративный контроль.
В качестве институциональных инвесторов выступают банки. В отдельных странах, в которых менее развит фондовый рынок, кредитующие корпорацию банки зачастую относятся к числу самых влиятельных акционеров и участников корпорации. Банки являются одновременно акционерами, кредиторами общества и доверенными лицами других акционеров, занимаются размещением вновь выпускаемых ценных бумаг, предоставлением брокерских и консультационных услуг при получении корпорациями небанковских, иностранных и правительственных ссуд [18, с. 426]. Отсюда активное участие банков в советах директоров компаний.
Корпоративный контроль достигается не посредством покупки акций или долей в корпорации, а вследствие приобретения банком в лице корпорации должника по кредитному договору. Банк в порядке обеспечения возврата кредита может потребовать участие, т.е. приобретение статуса акционера корпорации. В этом случае он начинает играть двойную роль - акционера и кредитора. Последствием участия банка в корпорации становится неминуемый конфликт интересов, обостряемый тем, что, как правило, вступление банка в корпорацию мотивировано обеспечением своей позиции как кредитора, а не заинтересованностью участия в управлении корпорацией.
Прямое влияние банков на управление в кредитуемой корпорации распространено в Германии. Крупные немецкие банки становятся собственниками акций многих публичных компаний и формируют взаимные фонды [26]. Используя свою позицию займодателя, банк оказывает влияние на компанию путем участия в голосовании, контролирования передачи полномочий и членства в наблюдательном совете [27].
В континентальной системе институциональные инвесторы не разрешают проблем корпоративного управления. Необходимо отметить, что активы институциональных инвесторов могут иметь существенное значение в системе "распыленной собственности", но в системе "блокирующих пакетов акций" (blockholder system) активы институциональных инвесторов, по определению, малы, чтобы иметь решающее влияние на компанию.
Институциональные инвесторы способны выступить эффективным инструментом, нацеленным на преодоление корпоративных проблем лишь при их реальной заинтересованности в нормализации и максимизации хозяйственной деятельности корпорации. В противном случае институциональные инвесторы выступают факторами, поглощающими управленческие амбиции миноритарных акционеров и тормозящими процесс принятия решений в корпорациях.
Заметим, что континентальная система не предлагает решения проблемы бездействия или злоупотребления правами управления корпорации со стороны институциональных инвесторов, и в этой части она нуждается в реформировании.
Сегодня сравнительный анализ двух указанных систем значительно облегчен прежде всего за счет гармонизации законодательства.
Европейская унификация с образованием местных фондовых рынков и увеличением активности американских инвестиционных банков и пенсионных фондов подвергла законодательство изменениям. В частности, в странах ЕС существуют ограничения в том, что институциональный инвестор может обладать не более 5% ценных бумаг, выпущенных одной компанией. Подобное правило содержится в § 89 KAAG Германии 1998 года*(11), ст. 4.2 LIIC Испании*(12), Директиве ЕС 2001/108, Директиве Совета ЕС 85/611 об организации коллективного инвестирования в переводные ценные бумаги.
Особенности модели управления в российских акционерных обществах
По мнению одного из специалистов [28], в России фактически сложилась инсайдерская схема управления, главенствующее место в которой отводится крупным акционерам, осуществляющим контроль над деятельностью компанией как непосредственно (акционер - менеджер), так и через зависимых лиц. Кроме того, последнее время наблюдается тенденция к усилению роли государства в управлении крупными компаниями. Однако в отличие от классической инсайдерской модели в силу слабости банковской системы долгосрочное финансирование с использованием банковских кредитов практически не осуществляется. Другие специалисты считают, что в России пока не установилась стабильная модель корпоративного управления [29]. Интересной представляется позиция об использовании в российской корпоративной практике элементов обеих систем корпоративного управления и о формировании собственной [18, с. 439].
Обращение к иностранному опыту влечет возникновение вопроса о возможности трансплантации принципов корпоративного управления институциональных инвесторов, выработанных в англо-саксонской системе права, в частности в США, в романо-германскую систему, например, в отечественный правопорядок при условии отличающегося рынка ценных бумаг, норм законов, культуры бизнеса и традиций [30, 31]. Мировая гармонизация общей структуры финансового рынка продолжается, оказывая давление на институциональных инвесторов. Как результат, континентально-европейские финансовые рынки изменяются от более банкоориентированного корпоративного управления в сторону рыночно-ориентированной системы корпоративного управления [32]. Институциональные инвесторы играют здесь важную роль, используя капитал наилучшим образом, однако не в корпоративном управлении. В банкоориентированной системе, распространенной в континентальной Европе, в частности популярной в Германии, банки занимают центральную позицию в корпоративных финансах и контроле, что зачастую приводит к конфликтам интересов.
Возможности принятия корпоративных решений институциональными инвесторами
Корпоративное право предлагает некоторые возможности, которые могли быть использованы институциональными инвесторами для большего влияния на корпоративное управление [33]. Во-первых, существуют обсуждаемые варианты регулирования институционального инвестирования, связанные с правилами, относящимися к участию миноритарных акционеров. Институциональные инвесторы могут использовать права миноритарных акционеров и соответствующую защиту этих прав. При держании 5% акций компании акционер может созвать внеочередное собрание акционеров, использовать право на информацию об активности и о финансовом состоянии компании*(13). Для определения прав миноритарных акционеров вместо фиксированного пакета акций, необходимого для подтверждения доли меньшинства, следует определить зависимость от общего капитала компании, так как конкретный процент может быть достаточно крупным и институциональные инвесторы не часто могут достичь такого процента участия.
Во-вторых, существует возможность пропорционального голосования при избрании совета директоров. Эта система схожа с системой кумулятивного голосования, принятой в некоторых юрисдикциях системы общего права, хотя правовая техника данных систем различна [34]. Чтобы участвовать в совете директоров, система пропорционального голосования должна быть реформирована для того, чтобы гарантировать, что директор, назначенный институциональными акционерами, не будет смещен решением мажоритарных акционеров. В кодексах лучших практик, например Olivencia Code, рекомендуется в совет директоров публичных корпораций включать независимых директоров одновременно с проприетарными директорами для представления интересов главных акционеров компании. Институциональные инвесторы могут найти в таком подходе хорошее средство защиты своих прав и получение информации о деятельности компании.
* * *
Принимая во внимание, что в корпоративном праве наибольшее значение имеет правовая трансплантация (копирование норм и правил из одной правовой системы в другую) [35] и конвергенция правовых систем, оправданным является обращение к сравнительному анализу правового регулирования положения институциональных инвесторов в других правопорядках для выработки собственно российской модели корпоративного управления с их участием [17, с. 307].
Роль институциональных инвесторов отличается в зависимости от системы корпоративного управления. В англо-саксонской системе, для которой характерна "распыленная собственность" на акции, институциональные инвесторы имеют возможность эффективно контролировать менеджмент компании [36]. В континентальной системе корпоративного управления основная проблема состоит в концентрации власти в руках держателей блокирующего пакета акций. Институциональные инвесторы в этой системе часто являются субъектами контроля со стороны кредитных организаций либо не могут эффективно влиять на принятие решений компании из-за существующих законодательных ограничений по проценту акций, выпущенных одной компанией.
Основная проблема российского рынка - это стандартизация принципов и правил управления капиталом для различных институциональных инвесторов без учета специфики правового статуса тех или иных видов институциональных инвесторов. Несмотря на специфику привлечения ими финансовых ресурсов, принципиальной разницы между деятельностью этих инвесторов в области размещения активов не существует. В то же время требования к размещению средств, аккумулированных институциональными инвесторами, закрепленные законодательно на уровне подзаконных, а также ведомственных актов, существенно различаются [37]. Стандарты инвестирования применительно ко всем формам институциональных инвесторов должны быть одинаковы и устранять пробелы в законодательном регулировании института коллективного инвестирования.
Следует также всегда принимать во внимание существующие проблемы конкретной корпорации, чтобы найти в каждом конкретном случае подходящую роль для институциональных инвесторов и новое равновесие в корпоративном управлении [38].
Список литературы
1. Blommenstein H.J., Biltoft K. Trends, Structural Changes and Prospects in OECD Capital Markets in OECD (ed.), The New financial Landscape: Forces Shaping the Revolution in Banking, Risk Management and Capital Markets. - Paris, 1995. - P. 293.
2. Steiger M. Institutionelle Investoren im Spannungsfeldzwischen zwischen Aktienmarkt-Liquiditat und Corporate Governance. - Baden-Baden, 2000. - Rn. 5.
3. Berle A. Power without property. - NY, 1959. - P. 53 ff.
4. Осипенко О.В. Конфликты в деятельности органов управления акционерных компаний. - М.: Статут, 2007. - С. 421.
5. Основные направления единой государственной денежно-кредитной политики на 2001 год (утв. ЦБ РФ) // Вестник Банка России. - 2001. - N 1.
6. Терехова Е.В. Финансово-правовые аспекты современного управления инвестициями // Финансовое право. - 2008. - N 8.
7. Пономарева Е.Н. Правовая природа и сущность понятий "субъекты коллективного инвестирования" и "формы коллективного инвестирования" // Законодательство и экономика. - 2008. - N 2. - С. 43-53.
8. Schiereck D. Institutionelle Investoren in Sparkasse. 109. Jg, 1992. - Nr. 8.
9. Федяков М.И. Деньги к деньгам: инвестиционная практика бизнеса. - М.: Бератор-Паблишинг, 2008. - С. 85.
10. International Monetary fund (INF), International Capital Markets: Developments, Prospects, and Policy issues in Would Economic and Financial surveys. - Washington DC, 1995. - P. 165.
11. Garrido J.M., Rojo A. Institutional investors and corporate governance: solution and problem? // Capital Markets and Company law. - Oxford, 2003. - P. 435.
12. Lanoo K. A European Perspective on Corporate Governance // Journal of Common Market Studies. - 1999. - 37 N 2. - P. 269-294.
13. Karpoff J.M. The impact of shareholder activism on target companies, a survey of empirical findings. - Washington. 1998. - P. 24.
14. Kieff F.S., Paredes T. A. Perspectives on Corporate Governance. - Cambridge University Press, 2010. - P. 227.
15. Sturm S. The Influence of Institutional Investors on Corporate Management and Corporate Governance in Germany. - GRIN Verlag, 2009. - S. 26-28.
16. Mayer C. Financial Systems and Corporate Governance: A review of the International evidence // Journal of Institutional and Theoretical Economics. - 1998. - 154. - P. 146-149.
17. Корпоративное право: учебн. / отв. ред. И.С. Шиткина. - М.: Волтерс Клувер, 2007.
18. Долинская В.В. Акционерное право: основные положения и тенденции. Монография. - М.: Волтерс Клувер, 2006.
19. Hopt K.J., Wymeersch E. Comparative corporate governance: Essays and Materials. - Berlin/New York, 1997.
20. Kojima K. Corporate governance: An international comparison, RIEB Kobe University, Discussion Paper, No 34, 1995. Еtc.
21. La Porta R., Lopez-de-Silanes F., Shleifer A., Vishny R.W. Law and Finance. J. Polit Economy 106, 1998. - P. 1146.
22. Schmidt R.H., Tyrell M., What Constitutes a Financial System in General and the German Financial System in Particular? In: Krahnen J.P., Schmidt R.H. (eds) The German Financial System, 2004. - P. 58.
23. Долинская В.В. Административно-правовое регулирование рынка ценных бумаг. Опыт США // Закон. - 2002. - N 8.
24. Воробьев А.С. Выступление на круглом столе: участие государства в акционерных обществах: правовые проблемы. Редакционный материал // Предпринимательское право. - 2009. - N 3. - С. 12.
25. Franks J., Mayer C. Ownership and Control. In: Siebert H. (ed.) Trends in Business Organization: Do participation and cooperation increase competitiveness? - Tubingen, 1995.
26. Deutsches Aktieninstitut, DAI Factbook 2003; Hopt K.J. The German Two-Tier Board: Experience, Theories, Reforms. In: Hopt K.J., Kanda H., Roe M.J., Wymeersch E., Prigge S. (eds) Op cit. - P. 253.
27. Maurer R. Institutional Investors in Germany: Insurance Companies and Investment Funds. In: Krahnen J.P., Schmidt R.H. (eds.) The German Financial System, 2004. - P. 126, 127.
28. Цепов Г.В. Акционерные общества: теория и практика. - М., 2006. - С. 41, 42.
29. Радыгин А. Корпоративное управление в России: ограничение и перспективы // Вопросы экономики. - 2002. - N 1. - С. 105.
30. Hopt K.J., The German Two-Tier Board: Experience, Theories, Reforms. In: Hopt K.J., Kanda H., Roe M.J., Wymeersch E., Prigge S. (eds) Comparative Corporate Governance - The State of the Art and Emerging Research., 1998. - P. 234-250.
31. Davies P.L. Struktur der Unternehmensfuhrung in GroBbritannien und Deutschland: Konvergenz oder fortbestehende Divergenz? ZGR, 2001. - P. 270, 283.
32. Gerke W., Bank M., Steiger M. The changing role of institutional investors - a German perspective // Capital Markets and Company law. - Oxford, 2003. - P. 362, 363.
33. Porta la R., Lopez-De-Silanes F., Shliefer A. Corporate ownership around the world // Journal of Finance. - 1999. - N 54. - P. 471.
34. Gilson R.J., Kraakman R. Reinventing the outside director: an agenda for institutional investors, 1991. 43 Stanford Law Review. - P. 863.
35. Andre TJ, Cultural Hegemony: The Exportation of Anglo-Saxon Corporate Governance Ideologies to Germany, Tul L Rev 73, 1998. - P. 69-171.
36. Hadden T. Corporate governance by Institutional investors? Some problems from a international perspective. In Baums Th., Buxbaum R.M., Hopt K.J. Institutional investors and corporate governance. - Berlin/New York, 1994. - P. 89.
37. Пономарева Е.Н. Принципы государственного регулирования коллективных инвестиций в России и за рубежом: сравнительный анализ // Законодательство и экономика. - 2008. - N 1. - С. 43-53.
38. Garrido J.M. Optimism and pessimism: complementary views on the institutional investor's role in corporate governance / Capital Markets and Company law. - Oxford, 2003. - P. 458.
Аннотация
Статья посвящена анализу роли институциональных инвесторов в корпоративном управлении. Раскрыты особенности отнесения инвесторов к категории институциональных, разграничены виды институциональных инвесторов в зависимости от деятельности, основанной на трастовой или корпоративной структуре. В статье анализируется применение принципов инвестирования институциональными инвесторами как основа для расширения и распространения форм коллективного инвестирования и их институционализации. Автором исследуются особенности моделей управления и роль институциональных инвесторов в зависимости от аутсайдерской или инсайдерской модели корпоративного управления. Рассматриваются возможности принятия корпоративных решений институциональными инвесторами, делается вывод об их влиянии на корпоративное управление в банкоориентированной и рыночно-ориентированной системах управления, а также об основных проблемах участия институциональных инвесторов в управлении российскими обществами.
А.Е. Польщикова,
начальник отдела судебной защиты Юридического центра
защиты предпринимателей, магистр юриспруденции
(Российская школа частного права)
"Право и экономика", N 8, август 2011 г.
ДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДДД
*(1) Правительство РФ довольно часто упоминает институт институциональных инвесторов в своих программных документах и правовых актах. Одним из последних стало распоряжение Правительства РФ от 19 июля 2010 г. N 1201-р "Об утверждении Стратегии развития ипотечного жилищного кредитования в Российской Федерации до 2030 года", в котором указано, что на отечественном рынке основную долю инвесторов должны составлять консервативные институциональные инвесторы, что позволит привлекать средства на длительные сроки под низкие ставки.
*(2) См.: Федеральный закон от 24 июля 2002 г. N 111-ФЗ "Об инвестировании средств для финансирования накопительной части трудовой пенсии в Российской Федерации" (ред. от 27 июля 2010 г.); Федеральный закон от 21 июля 2007 г. N 185-ФЗ (ред. от 9 марта 2010 г.) "О Фонде содействия реформированию жилищно-коммунального хозяйства"; Федеральный закон от 30 декабря 2006 г. N 275-ФЗ "О порядке формирования и использования целевого капитала некоммерческих организаций" (ред. от 25 ноября 2009 г.); Федеральный закон от 20 августа 2004 г. N 117-ФЗ "О накопительно-ипотечной системе жилищного обеспечения военнослужащих" (ред. от 25 ноября 2009 г.); Федеральный закон от 23 декабря 2003 г. N 177-ФЗ "О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации" (ред. от 25 ноября 2009 г.).
*(3) Пенсионные фонды и страховые организации, паевые инвестиционные фонды и др. См., напр.: Постановление Правительства РФ от 11 января 2000 г. N 28 "О мерах по развитию системы ипотечного жилищного кредитования в Российской Федерации".
*(4) См., напр.: Определение ВАС РФ от 5 марта 2010 г. N ВАС-2006/10 по делу N А65-24593/2008-СГ1-5/30; постановление ФАС Московского округа от 29 июля 2008 г. N КА-А40/6737-08; постановление ФАС Московского округа от 2 апреля 2007 г., 5 апреля 2007 г. N КА-А41/2272-07.
*(5) Об организационно-правовой форме субъектов коллективного инвестирования в России см.: [7].
*(6) Часто вместо термина "институциональный" в законах стран ЕС об институтах коллективного инвестирования используется эквивалентный термин "профессиональный".
*(7) ERISA, § 404 (a)(1)(A) and (B).
*(8) Cadbury Report, pras 6.11.2 and 6.12; Hampel Report, paras 5.7-5.10.
*(9) See art. 58 Loi no. 96/597 (July 2, 1996) de modernisation des activites financieres.
*(10) Независимый директор - это лицо, которое связано с корпорацией исключительно в силу своего членства в совете директоров (см.: [24]).
*(11) Gesetz uber Kapitalanlagegesellschaften (KAGG) In der Fassung vom 15.12.2003 // BGBl. I. - S. 2676.
*(12) Law of Collective Investment Institutions (LIIC) No 46/1984.
*(13) См.: Статьи 53, 55 Федерального закона от 26 декабря 1995 г. N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" (ред. от 4 октября 2010 г.).